Вводная часть. Глава 1. Общее понятие о рукопаши

Рукопашь – это название рукопашного боя, существовавшее на Владимирщине и, возможно, в каких-то других местностях. Безусловно, русские боевые искусства имели сходные черты по всей России. Однако и отличия тоже существовали.

Если доверять определениям наших толковых словарей, рукопашная – это схватка без огнестрельного оружия. В старину в рукопашную бросались либо тогда, когда исчерпывали весь огненный бой, то есть припас, либо когда противник оказывался слишком близко для стрельбы. Тогда в ход шли все подручные средства от штыка до кулака.

Соответственно под определение рукопашного боя подпадает и штыковой бой, и бой на палках или саперных лопатках, и бой на ножах. Но я в этой книге буду рассматривать только бой без оружия. Его можно назвать спортивным разделом рукопашного боя.

К тому же я пока не в состоянии дать достоверное описание всех видов рукопашного боя, существовавших в России. Поэтому я осознанно сокращаю изложение рукопашной до того, что мне лучше известно. Именно этот вид рукопашного боя я изучал во время этнографических поездок по Ивановской и Владимирской областям. Здесь он звался рукопашью и имел свои особенности.

В частности, рукопашь не знала или не использовала высоких ударов ногами. С самого начала девяностых в России было обнародовано множество версий русского боевого искусства, и почти все они, так или иначе, использовали высокие удары ногами. Лично мне это казалось странным и во многом заимствованным у восточных единоборств.

Утверждать это я не возьмусь, потому что любой рукопашник при необходимости должен выполнить любой удар. Но мне всё же кажется, что тут срабатывала не столько этнографическая точность, сколько разумный подход, требующий оснастить наши бойцовские школы всем современным арсеналом.

Лично же мой же опыт показывает, что высокие удары ногами вообще применялись только в бою с заклятыми врагами. Об этом говорил и мой учитель Поханя, бывший в юности вожаком бойцовской ватаги. И драки моего детства и юности велись исключительно либо на кулаках, либо в борьбе. А я первый раз дрался в самом начале шестидесятых прошлого века. И дрался я за свою жизнь много, включая большие драки между районами, в которых участвовало до сотни человек с каждой стороны. И до сих пор помню, как гордился в 17 лет тем, что сам научился пинать ногой в подбородок. Так почти никто не делал и не мог. Этого просто не было в нашей бойцовской культуре.

Потом уже я узнал, что бить человека ногами запрещено, и по блатным понятиям -это опускает. Конечно, бьют и запинывают, но это и осознается как беспредел. Блатная среда и детские игры хранят многочисленные следы прежней народной культуры. Отношение к ногам, как к средству опускания, как и само понятие «опущенный» - следы глубокой, мифологической древности.

Опущены все мы, мы скинуты однажды из верхнего мира, мира душ, в срединный, с Небес на землю. Немногим удалось сохранить память о такой древности и остатки гордости. Поэтому они блюдут честь и не хотят подчиняться тем, кто победил. Остальные решили принять свою судьбу и терпеть. Поэтому их и зовут терпилами.

Народная демонология очень ревностно следила за всем, что касается отношений верх и низа. Низ – это ад. Там живут бесы, черти, демоны. Оттуда крадутся к нам враги и соблазны. Всё, что живет внизу – в воде или под землей – угроза человеку. Поэтому многие твари, вроде змей, лягушек, крыс, червей, считались народом опасными существами.

Причем, только внешне они похожи на животных, по существу же это бесы, сильные и опасные духи. Поэтому русские сказки рассказывают, что, когда сжигают умершего колдуна, из него начинают разбегаться все возможные гады земные. Гад же по-русски – это Змей. Тот самый соблазнитель и искуситель, из-за которого человечество и потеряло Рай.

Очевидно, что в этих воззрениях отразилась христианская, то есть иудейская по своему происхождению культура. Культуры других народов рассматривали тех существ, которых собирает колдун, не как бесов, а как духов помощников. Это характерно для всех видов так называемых шаманских культур, к которым, вероятно, относилась и славянская волшба или волхование. Но означает эта охота за Силой или особыми способностями определенное отношение к миру.

По мировоззрениям древних индоевропейцев и палеоазиатов, мир был трехчленным. В средней части жили люди и обычные существа, в верхней, на Небесах, боги. В нижней – демоны или бесы. Люди ощущали свое родство с богами, гордились им и хотели попасть на Небо. И боялись существ из нижнего мира.

Мир описывался во множестве метафор, то есть иносказаний - Небеса – Земля – ад  - одно из них. Другое – Мировое древо, вроде германского ясеня Иггдрассиля или тех растений русских сказок, по которым взбираются на Небеса. Но и изба русского крестьянина строится как образ мироздания. И само человеческое тело описывается как малый космос или мир. Поэтому у человека, в его теле, есть сакральный верх и сакральный низ. Низ связан с нижним миром, который противоположен божественному. Поэтому прикосновение низа тела оскверняет и как бы приобщает к нижнему миру, опускает в него.

К низу тела относится всё, что ниже пояса. Поставить ногу на обеденный стол – запачкать, осквернить стол. И вовсе не потому, что нога ходила по грязи. Руки пачкаются не меньше. Их можно просто вымыть. Но поставить на стол даже хорошо вымытую ногу – осквернение стола.

Как и сесть на него задом. До сих пор у русских считается неприличным сидеть на любом столе, даже письменном, такому человеку непроизвольно делают замечание, хотя у многих это считается шиком и признаком внутренней свободы.

Но более всего оскверняет прикосновение половых органов. Именно ими «опускают» в тюрьмах. Для этого вовсе не обязательно совершать гомосексуальные соития, достаточно провести членом по губам, и человек окажется «чертом». Тюремный «черт» - это не «пидор», то есть пассивный гомосексуалист. Это человек, живущий в той же камере в Нижнем мире – под шконкой, то есть койкой, у параши.

Низ и испражнения – признак ада. Ударить человека ногой – опустить его туда же. Это недопустимо с тем, кто избрал жить по людскому закону. Но может быть сделано с тем, кто ведет себя не по-людски. Тогда удар ногой – это знаковое действие, приводящее все в соответствие.

Однако описанное мною относится к пережиткам глубокой старины и к совсем иному мировоззрению. В современном мире нога потеряла свою связь с низом, а в рукопашном искусстве рассматривается лишь как орудие нанесения сильных ударов. Поскольку сами бьющие не придают ударам ногами никаких дополнительных значений, рассматривать их как-то особенно не имеет смысла.

Поэтому могу сказать свое мнение: пока речь идет о современной спортивной рукопашке, приемлемы все приемы и удары, которые дозволяются правилами. Однако это вовсе не означает, что мы не должны осознавать тех корней, из которых эта современная рукопашная развивалась.

Забвение корней чревато и еще одной потерей, помимо осознавания себя русским. Забывая корни, мы теряем способность понимать, что делало наших предков «чудо-богатырями». Я использую это Суворовское выражение не в том значении, в каком он говорил так  о своих бойцах. Я имею в виду тех мастеров, которые существовали на Руси и назывались надёжа-бойцами.

Чудо-богатыри были у всех народов. Были они и у китайцев и японцев. Это те люди, которые отличались не столько силой, сколько тем, что могли творить в бою чудеса. Были они и у нас. Наши летописи изобилуют преданиями о таких воинах.

Сейчас подобные искусства сильно утеряны и в Китае, и в Японии. В этом признаются сами китайцы и японцы. Связано это, безусловно, с усилением государственности, что вело к подмене личного мастерства полицейскими силами. Но китайцев и японцев мы еще как-то можем понимать, поскольку из их прошлого дошли книги великих. А в них содержится мировоззрение, делавшее возможным чудеса.

На Руси такое мировоззрение почти уничтожено. Лишь немногие его следы живут в этнографических записях последних двух веков. Они еще вполне доступны для понимания и освоения. Но для этого нельзя быть китайцем или американцем в душе. Для этого нужно быть русским по мировоззрению.

Использование восточных или западных понятий упрощает изучение боевых искусств, но преграждает путь к мастерству. Мастер – это человек, безусловно, овладевший телесным уровнем движений. Но от него постоянно ожидают чего-то такого, на что способны  лишь очень немногие. Мастер должен обладать Силой. Это очевидно. Но не менее важно, хотя и не столь очевидно, что он должен владеть мудростью. Ведь мы все хотим найти Учителя, который подскажет, как жить…

Чтобы овладеть Силой, надо идти за телесный уровень. Чтобы обрести мудрость, приходится работать не только с приемами, но и с мировоззрением. А это возможно только когда говоришь о таких вещах на родном языке!

 

Рукопашь, о которой я рассказываю в этой книге, – это, безусловно, мое прочтение того, что было русским рукопашным боем. Я видел людей, которые владели им мастерски, и с тех пор я прекрасно знаю, что я не мастер. Мне, в отличие от многих других, было с кем себя сравнивать. И хоть это и обидно, всё время знать, что тебе еще очень далеко до мастерства, тем не менее, в моем положении есть и хорошая сторона: я знаю путь.

Этот путь я постараюсь изложить в этой книге. Основой его, безусловно, является владение телом. Телесный уровень боя чрезвычайно важен для того, кто хочет овладеть рукопашью. Однако путь идет и сквозь сознание, и сквозь душу, будя наш дух. Дух воина – это часть мастерства, и это понятно всем. Ничего мистического, всё очевидно: тело, сознание, душа и дух.

У мастера все эти части должны быть в единстве, а владение ими совершенным. И даже если не все захотят быть мастерами рукопаши, что естественно, это надо осознавать. Без понятия о мастерстве само понимание рукопаши будет ущербным.